Чем так важны выборы в Кении?

elec-pic

Президентские и парламентские выборы, которые пройдут в Кении во вторник, 8 августа, обещают стать самым важным политическим событием месяца. Исход голосования не только предопределит вектор дальнейшего развития страны, но и будет иметь политические последствия для всего африканского континента. В единый день голосования кенийцы должны будут заполнить несколько бюллетеней и выбрать нового президента страны, а также депутатов Национального собрания (нижней палаты парламента) и сенаторов от каждого из 47 избирательных округов. Отдельный бюллетень предназначен для выбора представительниц женщин в парламенте (по одной из каждого округа). Кроме того, пройдут выборы губернаторов и членов местных законодательных собраний.
В общей сложности должны быть избраны (или переизбраны) порядка 2 тыс. человек. Главная интрига заключается в том, кто станет главой государства.
В качестве кандидатов на пост президента зарегистрированы восемь политиков, но реальное соперничество разворачивается между двумя. Против действующего президента Ухуру Кениаты, который рассчитывает на переизбрание на второй срок, борется Раила Одинга — бывший премьер-министр страны и лидер Оранжевого демократического движения. Эта партия — крупнейшая оппозиционная сила Кении, чье несогласие с официальными результатами президентских выборов 27 декабря 2007 года спровоцировало острый политический кризис и межэтнические столкновения. Тогда сторонники действующего и переизбранного президента Мваи Кибаки из Партии национального единства (этническая группа кикуйю) устроили расправу над сторонниками Одинги (этническая группа луо). В результате более 1,2 тыс. человек были убиты и 600 тыс. вынуждены покинуть свои дома. Конфликт удалось урегулировать 17 апреля 2008 года созданием коалиционного правительства национального единства во главе с Одингой.

Кениата, на тот момент возглавлявший Партию национального единства, стал фигурантом дела Международного уголовного суда (МУС) о преступлениях против человечности. По версии прокуроров МУС, Кениата и его соратник Уильям Руто развернули в стране кампанию насилия. Однако в декабре 2014 года эти обвинения были сняты из-за отсутствия доказательств. Кениата и Руто свою вину отрицали и отказывались являться на суд. С подачи кенийцев была принята резолюция Африканского союза, согласно которой действующие руководители африканских государств неподсудны международной юстиции. Однако МУС продолжил держать руку на пульсе ситуации в Кении и неоднократно выражал обеспокоенность в связи с «бесконечными потоками лживой информации в кенийских СМИ о расследовании» событий 2007–2008 годов, беспрецедентной кампанией в социальных сетях «по выявлению свидетелей, находящихся под защитой», и «угрозами и подкупами в отношении возможных свидетелей».
Ухуру Кениата — сын Джомо Кениаты, первого президента Кении, после достижения ею независимости в 1963 году. От отца Кениата-младший унаследовал не только политические амбиции, но и огромное состояние — на сегодняшний день он является одним из богатейших жителей страны. В 2013 году он стал первым президентом, избранным в соответствии с конституцией Кении 2010 года. Новая версия основного закона содержала меры по ограничению полномочий президента, расширению гражданских прав и полномочий премьер-министра. Кроме того, конституция закладывала основу для административной реформы, призванной положить конец ожесточенной борьбе между разными кланами и племенами. Однако наблюдатели не исключают, что кровавые события десятилетней давности могут повториться на выборах 2017 года.
Чем уникальны выборы?
В центре кенийских выборов всегда находился этнический фактор. Пять крупнейших племен страны (кикуйю, лухья, луо, календжин и камба) составляют порядка 70% населения, поэтому победа на выборах во многом предопределялась тем, мог ли кандидат от своего народа создать альянс с другими этническими группами. Нынешние выборы уникальны тем, что племенное измерение впервые может отойти на второй план. В беседе с Financial Times Кениата предположил, что экономическая повестка станет более существенным фактором, который предопределит исход голосования. Действующий президент обещает создать 1,3 млн новых рабочих мест, снизить прожиточный минимум и создать более инклюзивную экономику за счет снижения экономического неравенства. Его соперник Раила Одинга напирает на другие рычаги: он предлагает радикально бороться с коррупцией, разрабатывать новые программы продовольственной безопасности и создавать рабочие места для молодежи (80% населения Кении младше 35 лет, при этом уровень безработицы среди молодежи составляет 22,2%).
Предвыборные кампании обоих кандидатов оказались необычно оживленными: они регулярно выступали на митингах, боролись за избирателей в социальных сетях и просто на улицах — с помощью постеров, футболок и кепок со своими фирменными цветами (белый с оранжевым у Одинги и красный — у Кениаты). Данные предвыборных опросов сулят победу действующему президенту, но, как и в прошлый раз, с минимальным преимуществом. Одной из ключевых проблем нынешней кампании стали фейковые новости, которые запускались в интернете для того, чтобы качнуть маятник общественного мнения в пользу того или иного претендента. Если же ни одному кандидату не удастся набрать 50% голосов плюс один голос, то будет проведен еще один тур. Подобных случаев в истории страны еще не было.
Стоит ли ожидать повторения насилия?
Президентские выборы 2013 прошли мирно, что стало поводом для оптимизма. Однако в единый день голосования 8 августа кенийцы будут выбирать не только главу государства, но и представителей местной власти, и здесь могут возникнуть проблемы. Напряжение также подогревается самими кандидатами. Одинга неоднократно обвинял Кениату в намерении подтасовать результаты голосования. Оппозиционер также утверждал, что власти искусственно создали нехватку еды, чтобы создать выгоду для аффилированных с правительством бизнесменов. Кениату отвергал все обвинения соперника и утверждал, что тот своим поведением намеревается «разделить страну».

Чтобы предотвратить вспышки насилия, охрану порядка во время голосования по всей стране будут обеспечивать 180 тыс. полицейских и военнослужащих. Между тем обыкновенные кенийцы не уверены, что дополнительные меры безопасности окажутся эффективными — сейчас они активно раскупают товары первой необходимости: мыло, молоко, кукурузную муку и растительное масло. Страх повторения событий 2007–2008 годов усилился после того, как был зверски убит один из ключевых представителей ЦИК Кении, Кристофер Мсандо, отвечавший в избирательной комиссии за управление системами информационных технологий. Мсандо играл ключевую роль во внедрении в голосование биометрии для идентификации голосующих, а также передачу результатов в электронном виде. Из-за его гибели ЦИК был вынужден перенести тестирование технологии, и многие кенийцы сейчас опасаются, что избирательные участки будут попросту не готовы к голосованию.

Кения — это крупный политический и экономический игрок в Восточной Африке и при этом островок относительного спокойствия в регионе. Дестабилизация ситуации в стране может негативно сказаться на соседях — Уганде, Руанде и Южном Судане, которые экономически завязаны на Кении из-за порта Момбаса, через который в эти страны поставляются товары и продовольствие. Восточная Африка и без того переживает период тяжелого кризиса: в Южном Судане не утихает гражданская война, продолжается насилие в Бурунди, а в Сомали по-прежнему происходит противостояние с боевиками террористической группировки «Аш-Шабаб».
Исход выборов, вероятно, предопределит дальнейшую позицию Кении по сомалийскому вопросу. Одинга выступает за вывод кенийского контингента из АМИСОМ — миротворческой миссии Африканского союза по поддержке Переходного Федерального Правительства Сомали. Оппозиция считает, что 3,6 тыс. кенийских солдат будут нужнее дома, тогда как Кениата, напротив, призывает к увеличению контингента. У каждой из точек зрения есть свои плюсы и минусы: с одной стороны, вывод кенийских солдат может создать вакуум, которым быстро воспользуются боевики «Аш-Шабаб»; с другой стороны, Кения сама страдает от действий этой группировки (достаточно вспомнить террористический акт 2013 года в Найроби), и перегруппировка войск могла бы способствовать усилению борьбы с экстремистами дома.
Президентство Одинги чревато еще одной дилеммой, связанной со статусом самопровозглашенного государства Сомалиленд. Лидер оппозиции считает необходимым признать независимость Сомалиленда, однако это может рассорить Кению не только с Могадишо, но и с другими членами Африканского союза. Страны — участники объединения в большинстве своем считают, что признание Сомалиленда повлечет за собой «эффект домино» и вызовет рост сепаратистских настроений на континенте.
Подробнее на ТАСС:
http://tass.ru/mezhdunarodnaya-panorama/4467710

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.